Джек пересек комнату, и ствол «Беретты» оказался в нескольких дюймах ото лба сенатора.

С этого момента и начиналась тонкая игра. Правило второе: то, что ты делаешь, – история. Здесь важна любая мелочь, любой штрих. Не забывай об этом ни на секунду.

– Нам не о чем разговаривать, сенатор Фитцпатрик. Я пришел просто убить тебя, и ничего с этим не поделаешь. Когда-то ты был ревностным католиком, так что, если сохранил веру в Бога, можешь помолиться. Помяни и нас в своих молитвах: Джека и Джилл.

Это была проверка и собственного мужества. Сэм заметил, что его рука чуть дрожит. Не ускользнуло это и от внимания Джилл.

«Это всего лишь казнь, – успокаивал он себя. – Заслуженное приведение приговора в исполнение. Ну, и, конечно, это ужас, в котором мне приходится участвовать».

После первого выстрела с расстояния в несколько дюймов голова Дэниэла Фитцпатрика разлетелась, словно гнилая тыква. Сэм выстрелил еще раз. Дважды отмерь, но и дважды отрежь.

Итак, история была сделана.

Началась та самая Игра игр.

Джек и Джилл.

Часть первая

И вновь наступает завтра

Глава 1

О нет! Снова наступило завтра.

Казалось, что я только-только сомкнул веки, как в дверь уже кто-то заколотил. Звук был настолько громким и тревожным, что напоминал сработавшую сигнализацию машины. Мало того, он был слишком настойчивым. Неужели беда сумела так близко подобраться к моему дому?

– Черт! Вот дерьмо! – прошептал я в мягкие и теплые складки своей подушки. – Оставьте меня в покое. Хоть раз дайте выспаться, как нормальному человеку. Проваливайте!

Потянувшись к лампе, я попутно уронил со стола несколько книг: «Дочь генерала», «Мое путешествие по Америке» и «Снегопад над кедрами». Произведенный ими шум окончательно вырвал меня из объятий сна.