– О Господи, Джон! Для тебя, вообще, существует понятие о времени? Ты хоть на часы взгляни. Сделай милость, убирайся к чертовой матери. Иди к себе домой и колоти в собственную дверь, сколько влезет.

Я застонал, помотал головой и потянулся, чтобы стряхнуть остатки сонливости. Может быть, мне все это только снится? Возможно, я еще сплю, обнимая свою любовницу-подушку, а на заднем крыльце нет никакого Сэмпсона? А, может быть, и есть.

– Дело подождет, – зевнул я. – Что бы там ни случилось.

– На этот раз не подождет. – Джон упрямо покачал головой. – Поверь мне, Шоколадка.

В доме что-то скрипнуло, и я резко развернулся на шум. Состояние тревоги, овладевшее мной спросонья, еще не отпустило меня.

На кухне стояла моя маленькая дочь с испуганным выражением на лице. Она стояла босиком в своей любимой цвета «электрик» ночной пижаме с бабочками. Следом за Дженни следовало последнее пополнение нашего семейства – красивая абиссинская кошка Рози, скачущая сразу через две ступеньки. Видимо, тонкий слух Рози еще раньше уловил шум внизу.

– Что случилось? – сонно протянула Дженни, протирая кулачками глаза. – Почему ты так рано встал, папочка? Случилось что-нибудь нехорошее?

– Иди, досыпай, дорогая, – как можно мягче обратился я к дочери. – Ничего не произошло. – Моя проклятая работа, из-за которой мне приходилось лгать собственному ребенку, достала меня даже здесь. – Мы сейчас с тобой поднимемся наверх, и ты спокойно ляжешь в постель.

Я подхватил ее на руки и зашагал по лестнице, потирая носом ее еще теплую со сна щеку и шепча на ухо какую-то ласковую чепуху. Уложив Дженни в кровать, я проверил своего сына Деймона. Им тоже скоро придется вставать и отправляться в свои школы. Дочери – в Юнион-стрит, а Деймону – в Соджорнер Трут. Пока я выполнял свои обязанности заботливого папочки, Рози постоянно путалась у меня под ногами.

Затем я оделся, и мы с Сэмпсоном, сев в его машину, поспешили к месту преступления.